Мобильная версия
История длиною в 40 летИ снова про случай с работы
. На этот раз повод, казалось, самый заурядный: слабость, нарушение устойчивости (чаще всего за этими словами маскируется фраза "тяжело встать с кровати", а не то, чего мы, скоропомощники, боимся
).
Пациентка уже в возрасте. Жалуется на сонливость с самого утра и то, что из-за слабости ей приходится ходить по стенке, чтобы не упасть. И беспокоит это дня три, а то и больше.
При осмотре давление, сатурация, глюкоза крови в норме, ЭКГ соответствует возрасту, неврологических симптомов нет.
Начинаем искать причину состояния в принимаемых препаратах. И находим: в выписке от психиатра есть и нейролептики, и снотворное, и антидепрессанты. Копаем дальше, и находим несоответствие дозировок в выписке и в какой-то непонятной бумажке, по которой пациентка ориентируется при приёмке препаратов. Тот же Кветиапин она принимает 200 мг в сутки вместо прописанных 100 мг. Происхождение бумажки объяснить не может.Ну хоть причину сонливости мы нашли.
Разматываем клубок дальше, чтобы понять, в связи с чем пациентка принимает достаточно сильные препараты. Оказывается, для борьбы с тревожностью
.И тревожность эта связана с родственником, у которого на фоне алкоголизма развилась деменция. И за которым пациентка в той или иной степени ухаживала на протяжении 40 лет (срок установили на основе истории болезни, заведенной в клинике неврозов).
– Сейчас тоже ухаживаета? – интересуюсь, поскольку по моим ощущениям ухажёр скоро может понадобиться ей самой.
– Нет, он уже полтора года в пансионате живёт, а я до сих пор переживаю.
Пожимаю плечами. Ей этот образ жизни уже в подкорку въелся, "скорая" тут точно не поможет. Все, что мы смогли сделать в той ситуации – объяснить сыну и невестке, какие именно препараты вызывают такой эффект, и посоветовать уже им поддерживать связь с лечащим психиатром и корректировать дозировки.
С вызова выходила с чувством грусти
и ощущением, что жертва нашей пациентки на протяжении этих долгих лет была в итоге никому особо и не нужна.